27 апреля 2026

Пока жива память, жива и надежда: голоса тех, кто прошёл через Чернобыль

26 апреля 2026 года исполняется 40 лет со дня аварии на ЧАЭС. Чернобыль оставил неизгладимый след на душах людей. И им есть, чем поделиться.

За эти четыре десятилетия сменились поколения, выросли дети переселенцев, но эхо тех апрельских дней по-прежнему отзывается в судьбах тысяч белорусских семей.

Мы поговорили с людьми, для которых Чернобыль —  часть личной биографии. Это переселенцы из исчезнувших деревень Чериковского района, которые начинали жизнь с нуля на Мстиславщине. Это ликвидатор последствий аварии, которая годами обеспечивала питанием тех, кто оставался в зоне отчуждения.

Их истории — разные по судьбам, но общие в главном: они не сломались. Они сохранили любовь к родной земле, веру в справедливость и желание жить дальше. Их слова — о боли, о потере и обретении, о памяти, которая не даёт забыть цену человеческих ошибок и силу человеческого духа.

Тамара Ерастенко , аг. Рязанцы, переселенка из д. Веприн Чериковского района:

— 26 апреля 1986 года разделило жизнь тысяч белорусов на «до» и «после». Для меня эта дата навсегда связана с деревней Веприн на Чериковщине, которая в 1991 году исчезла с карты, а её жители обрели новый дом в посёлке Рязанцы на Мстиславщине. Чернобыль забрал родные улицы, но не отнял память. Каждую весну на Радуницу мы возвращаемся к могилам предков, где цветут яблони, но уже не слышно детских голосов. Двадцать пять исчезнувших деревень, более четырёх тысяч переселенцев — это судьбы людей, вынужденных начать всё сначала. Трагедия научила нас осторожности и мудрости, но не сломила любовь к родной земле. Чернобыль — это боль, подвиг ликвидаторов и последнее предупреждение человечеству. Чтобы эта рана не затянулась забвением, есть только один путь: помнить. Помнить постоянно. Ведь пока жива память, жива и надежда, что подобное не повторится.

Татьяна Красикова, г. Мстиславль, ликвидатор последствий аварии на ЧАЭС:

— Когда произошла авария на ЧАЭС, я работала заведующей производством в объединении общественного питания Краснопольского райпотребсоюза. Передо мной поставили задачу: контролировать работу школьных и общедоступных столовых в пострадавших населённых пунктах, вошедших в зону отчуждения и отселения. Несколько лет я ездила туда, чтобы обеспечить бесперебойным питанием тех, кто ещё оставался дома или не успел переехать. Приходилось решать массу организационных вопросов, ведь на местах уже практически не оставалось профессиональных кадров — все уезжали. Детское питание тогда было под особым контролем государства: продукты завозили качественные, рацион делали максимально сбалансированным. Людей не бросили один на один с бедой. За день мне приходилось объезжать по пять-шесть столовых, помогать коллегам и жителям, не считаясь со временем. Очень гнетущее впечатление осталось от пустеющих деревень. По дорогам часто встречались военные, занимавшиеся дезактивацией территории. За свой труд я получила статус ликвидатора последствий аварии. Работа в зоне отчуждения, конечно, отразилась на здоровье. И сегодня хотелось бы, чтобы для таких, как мы, были предусмотрены расширенные льготы — ведь мы тоже внесли свой вклад в преодоление чернобыльской трагедии. Пусть 26 апреля будет не только днём скорби, но и днём благодарности тем, кто оказался рядом в трудную минуту. И днём тихой, но твёрдой решимости: сделать всё, чтобы подобное никогда не повторилось.

Тамара Хартоненко, аг. Андраны, переселенка из д.Головчицы Чериковского района:

— Спасаясь от последствий аварии на ЧАЭС, уезжали всей деревней в аг. Андраны. Мы уехали, чтобы жить. Но часть души так и осталась там, в д. Головчицы. В агрогородке встретили тепло. Дали жильё, помогли с документами, с устройством детей в школу. Первые месяцы снилась родина. Просыпаешься и вспоминаешь: туда нельзя. Там радиация. А для нас та земля была самой чистой и красивой: на ней росли наши дети, на ней трудились наши родители, в ней покоятся наши близкие. Говоря об аварии на ЧАЭС, признаю, что для меня атомная станция была где-то далеко, в учебниках — символ прогресса, науки, будущего. А после 26 апреля 1986 года это слово стало для нас другим. Теперь это причина, по которой мы бросили дом. Это невидимая угроза, которая не спрашивала разрешения, прежде чем войти в твою жизнь. Поэтому считаю, что атомная энергетика — это большая ответственность и белорусский народ это понимает. Хочется, чтобы память о Чернобыле была свидетельством цены прогресса, о хрупкости жизни, о том, что нет ничего дороже здоровья детей и покоя родной земли.

Нина Иванова, аг. Андраны, переселенка из д.Полипень, Чериковского района:

— 26 апреля 1986 года навсегда вписана в нашу семейную историю и оставила в ней тяжёлый след. В 90-е годы, когда стали известны реальные масштабы последствий аварии, мы с семьёй приняли единственно верное для нас решение — уехать. Так мы оказались в аг. Андраны. Здесь нас встретили добрые люди, чистое небо и земля, которая не пугала дозиметром. Мы начали жизнь с чистого листа. Но «чистый лист» не стирает прошлого. У младшего сына Романа начали проявляться проблемы со здоровьем. И в итоге он был официально признан пострадавшим от последствий аварии на ЧАЭС. Ему установили инвалидность 3-й группы. Но это не приговор. Роман работает и радует нас своим стремлением жить. 40 лет прошло со времени аварии на ЧАЭС. Андраны стали нам домом. Хочется верить, что память о Чернобыле — это урок ответственности, человечности, бережного отношения к природе и друг к другу. Чтобы ни один ребёнок больше не получил «наследство» в виде справки о радиационном поражении. Чтобы слово «переселенец» означало не «пострадавший», а «сильный».

Фото из личного архива.

Источник: mstlife.by - Новости Мстиславля